тепло
наполнение
движение
рост
с в е р х т ы
Сон — живой. Его невозможно «расшифровать» одной фразой или свести к единственно верной интерпретации. Даже опытный психотерапевт, знакомый с теориями и техниками работы со снами, не сможет в одиночку проанализировать собственное сновидение. В этом и заключается природа сна: он оставляет в памяти след — загадочный, фрагментарный, несвязный.
Сны сотканы из символов, пронизаны нитями смыслов, которые знает лишь сам сновидец. Ведь в них всегда есть личные ассоциации, уникальные именно для вас.
Сны сотканы из символов, пронизаны нитями смыслов, которые знает лишь сам сновидец. Ведь в них всегда есть личные ассоциации, уникальные именно для вас.
Сон — живой. Его невозможно «расшифровать» одной фразой или свести к единственно верной интерпретации. Даже опытный психотерапевт, знакомый с теориями и техниками работы со снами, не сможет в одиночку проанализировать собственное сновидение. В этом и заключается природа сна: он оставляет в памяти след — загадочный, фрагментарный, несвязный.
Открыв однажды глубокий смысл даже в самом простом, на первый взгляд, сне, вы захотите снова и снова возвращаться к исследованию новых сновидений.
Чтобы увидеть глубину, нужен Другой — тот, кто поможет рассмотреть сон целиком, обратить внимание на мельчайшие, на первый взгляд незначительные детали, задаст вопросы. В диалоге и ассоциациях сон оживает, раскрывается и начинает связываться с переживаниями в реальной жизни.
Чтобы увидеть глубину, нужен Другой — тот, кто поможет рассмотреть сон целиком, обратить внимание на мельчайшие, на первый взгляд незначительные детали, задаст вопросы. В диалоге и ассоциациях сон оживает, раскрывается и начинает связываться с переживаниями в реальной жизни.
Открыв однажды глубокий смысл даже в самом простом, на первый взгляд, сне, вы захотите снова и снова возвращаться к исследованию новых сновидений.
